Дела семейные: суды не решили проблемы мужчин

В центре семейных споров всё чаще оказываются отцы. Страсбургский суд признал Россию виновной в неуважении к семейной жизни, рассмотрев жалобу отца на запрет общения с дочерью. Конституционный суд РФ разрешил очередной вопрос о семейном капитале – и снова не в пользу мужчин. Право.Ru рассказывает, в чём российское семейное право строже европейского, а также каковы шансы отца оставить себе ребенка при разводе и получить семейный капитал.

Неуважение к семейной жизни

На прошлой неделе ЕСПЧ принял решение по очередной жалобе из России – от отца, которого лишили возможности общаться с дочерью. Исключенным из жизни ребенка Анатолий Назаренко, житель Улан-Уде 1965 года рождения, оказался после того, как выяснилось, что он не является биологическим отцом девочки. Россия виновна в нарушении ст.8 Конвенции о правах человека (уважение к частной и семейной жизни), единогласно постановил суд, рассмотрев жалобу.

Дочь родилась у Назаренко в браке в 2007 году, но уже в 2010 году супруги развелись. Согласно решению суда, ребенок должен был проводить часть времени с каждым из родителей, однако распределение обязанностей не устроило ни одну из сторон.

В марте 2011 года Назаренко отказался вернуть дочь бывшей супруге вопреки решению суда о том, что ребенок должен остаться с матерью: увидев на теле дочери синяки, он заявил, что подозревает нового партнера бывшей жены в сексуальных домогательствах к ребенку и побоях, о чём и сообщил в правоохранительные органы. В течение года девочка жила с отцом и бабушкой, а мать периодически её навещала. В ходе бесед с психологами дочь заявителя рассказала о плохом отношении со стороны матери и её сожителя и заявила, что хочет жить с отцом. Суд решил иначе: девочку снова решили оставить с матерью, хотя эксперты и заключили, что она была больше привязана к отцу, который создал все условия для полноценного развития ребенка и обладал достаточным доходом. Хотя органы опеки встали на сторону отца, это не помогло изменить решение при рассмотрении дела в Верховном суде Бурятии.

Год спустя мать выкрала ребенка и с тех пор видеться дочери с отцом не давала. Расследование по факту возможных домогательств было вскоре прекращено из-за недостатка улик. Параллельно бывшая жена Назаренко провела медэкспертизу, доказав, что он не является биологическим отцом ребенка.

В итоге в сентябре 2012 года Октябрьский районный суд г. Улан-Уде лишил Назаренко отцовства. Решение устояло и в Верховном суде Бурятии в феврале 2019 года – Назаренко лишился родительских прав, в том числе и права на поддержание контакта с дочерью. Ребенку сменили фамилию, удалив упоминание об отце из свидетельства о рождении.

Страсбург встал на сторону заявителя – по мнению судей, представители власти в РФ не помогли поддержать семейные связи между ним и ребенком, который эмоционально привязался к отцу за проведенные вместе годы. Ребенок был рожден в браке и зарегистрирован на Назаренко, и вскрывшееся позднее отсутствие биологического родства, сочли судьи, не свидетельствует об отсутствии семейной связи: это вопрос не столько биологии, сколько межличностных отношений. Полное автоматическое исключение отца из жизни ребенка после отмены отцовства не отвечало интересам ребенка, решили судьи. Всему виной, сочли они, российское семейное право: в соответствии с Семейным кодексом РФ, те, кто не является родственником ребенка, но в течение долгого времени заботился о нем, не в праве потребовать сохранения контактов.

Такое положение дел в ЕСПЧ сочли неверным: государство должно позаботиться о том, чтобы каждое такое дело рассматривалось отдельно с учетом интересов ребенка независимо от наличия или отсутствия биологических связей с тем, кто в течение долгого времени о нем заботился, говорится в решении. Именно так, по мнению судей, следует трактовать ст.8 Конвенции, под которой подписалась Россия. Усомнились они и в том, что интересы ребенка могут рассчитываться исходя их общих юридических положений – в этих вопросах важно сбалансировать права каждого из участников конфликта.

В качестве примера для подражания судьи привели законы ряда европейских стран. Так, ст. 371-4 французского ГК предполагает, что в интересах ребенка судья определяет модальность отношений между ребенком и другим человеком, участвующим в воспитании, образовании или повседневной жизни ребенка, если между ними существует эмоциональная привязанность – независимо от родственных связей с ним.

Ст. 1685 ГК Германии позволяет любому лицу, близкому к ребенку, потребовать права на контакт с ним если они несут или несли в прошлом ответственность за ребенка и если такое общение отвечает интересам ребенка. В целом предполагается, что речь идет о ком-то, на протяжении долгого времени живущем с ребенком в одном доме.

Часть 10 британского закона о детях от 1989 года позволяет требовать контакта с ребенком, в частности, каждому из супружеской пары, в том числе приемному отцу или другому родственнику, с которым ребенок жил минимум год непосредственно перед подачей заявления или любому другому лицу, с которым ребенок жил в течение минимум трех лет.

Человечность и закон

В соответствии с семейным законодательством Российской Федерации, отцовство рожденного в браке ребенка устанавливается автоматически: согласно п. 2 ст. 48 СК РФ отцом ребенка признается супруг матери ребенка, а лишение родительских прав возможно только по судебному решению при нарушении прав ребенка (перечень случаев отражен в ст. 69 СК РФ), напоминает Александр Слесарев, Руководитель Управления по семейному праву консалтинговой компании Heads.

«Гражданин А. Назаренко фактически являлся отцом для ребенка на протяжении 5 лет и не совершал по отношению к ребенку действий, вследствие которых в соответствии с законом он мог быть лишен родительских прав. Наоборот, этот человек до последнего времени исполнял свои родительские обязанности в отношении этого ребенка и не мог быть лишен права на общение с ребенком», – полагает юрист.

ЕСПЧ при вынесении решения руководствовался идеей, что в данном случае было необходимо рассматривать прецедент индивидуально, вне контекста семейного законодательства России, поясняет Слесарев. «Однако такой подход противоречит всей правовой системе РФ», – говорит он. Неуместны, по мнению юриста, и ссылки Страсбурга на законодательство европейских стран: они «являются недействительными в силу разности правовых подходов к судебной системе России и некоторых европейских стран».

«С человеческой точки зрения строгость российского законодательства не оправдана, так как несмотря на то, что человек не является биологическим отцом ребенка, психологически он привык к ребенку, ребенок привык к «отцу», и вот так просто разрывать эту связь бесчеловечно, – говорит Марина Антонова, Юрист Европейской Юридической Службы. – А с точки зрения права все формализовано, правовой статус «отца» по отношению к ребенку не определен, в связи с чем и отсутствуют права установленные законодательством». «Видимо выражение: «Отец не тот кто родил, а тот кто воспитал» никак не действует на судей нашей судебной системы», – заключает юрист.

С законом не поспоришь: «Согласно Российскому законодательству, взаимные права и обязанности родителей и детей основываются на факте родства. Таким образом, если отцовство либо материнство лица было оспорено в судебном порядке, то данный «родитель» не вправе требовать общения с ребенком, поскольку на общение с ребенком уже не имеет права», говорит Мария Рулькова, юрист МКА «Князев и партнеры».

По её мнению, недозволение российским правосудием дальнейших контактов с ребенком было правильным. «Если бы законом была установлена обязанность продолжения общения ребенка с родителем, родительские права которого оспорены в судебном порядке, данная обязанность могла бы порождать ситуацию, когда у ребенка, к примеру, фактически «появляется сразу два отца»: один биологический отец ребенка, другой отец, который длительное время воспитывал ребенка как своего родного, не подозревая о том, что не является родным отцом. В этом случае, наличие двух отцов не может быть в интересах ребенка и не может допускаться в Российской Федерации», – считает она. Ребенок же, не достигший совершеннолетия, если сам захочет и родители будут не против, может продолжать поддерживать отношения с лицом, который его воспитывал как родного, говорит Рулькова.

По общему правилу, именно родители вправе установить, с кем будет общаться их ребенок, подтверждает Екатерина Екимова, юрист юридической фирмы «ЮСТ». Введение в российское правовое поле нормы, которая позволила бы лицам, тесно общавшимся с ребенком, требовать дальнейшего контакта с ним, может вызвать значительные трудности в практике применения, полагает она.

«В первую очередь, сложно установить, кто будет относиться к категории лиц, наделенных таким правом. В течение какого времени соответствующее лицо должно общаться с ребенком, чтобы получить в будущем право дальнейшего контакта с ним? Что будет подразумеваться под понятием тесного контакта такого лица и ребенка: идет ли речь о совместном проживании и воспитании или допустимы случаи периодического общения? Необходимо ли учитывать, каким образом повлияло на ребёнка общение с лицом, которое претендует на дальнейший контакт? Ответы на эти вопросы носят оценочный характер и могут быть установлены судом с учетом мнения органов опеки и попечительства», – поясняет Екимова.

При этом важно помнить, что одними из базовых принципов семейного права РФ являются недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, а также обеспечение приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних членов семьи (ст. 1 СК РФ), отмечает она: «В этой связи безусловное закрепление за лицами, которые ранее имели тесный контакт с ребенком, права требовать дальнейшего общения с ним, может привести к ущемлению как прав самих несовершеннолетних граждан, так и их родителей.»

О противоречиях дела подробно рассказала Кира Корума, руководитель судебно-арбитражной практики, партнер юрфирмы «Яковлев и Партнеры».

«Конституционный Суд РФ в Постановлении от 31 января 2019 года N 1-П указал, что одним из принципов регулирования семейных отношений является приоритет семейного воспитания детей; его реализация предполагает не только заключение брака, но и закрепление правовой связи между родителем (лицом, его заменяющим) и ребенком. В Постановлении от 16.06.2019 N 15-П КС РФ указал, что федеральный законодатель, осуществляя правовое регулирование в той или иной сфере общественных отношений, должен исходить из приоритета семейного воспитания детей, необходимости укрепления семьи и обеспечения беспрепятственного осуществления ее членами своих прав, а также из недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи. Такой подход соотносится с требованиями международно-правовых актов», – разъясняет Корума. Соответственно, отсутствие правовой связи между ребенком, и лицом, не являющимся отцом/матерью, либо усыновителем, либо иным родственником, хотя бы и воспитывавшим ребенка ранее, в соответствии с нормами Семейного кодекса РФ является препятствием для его общения с ребенком при наличии возражений законных представителей ребенка, то есть его родителей. Обязание родителей ребенка и самого ребенка общаться с таким лицом может стать неоправданным вмешательством государства во внутрисемейные отношения, говорит юрист.

С другой стороны, международно-правовые акты и национальное законодательство исходят из приоритета защиты интересов ребенка. «В постановлении от 22 июня 2004 года по делу «Пини и Бертани, Манера и Атрипальди» ЕСПЧ указал, что закрепляющая право на уважение частной и семейной жизни ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее истолковании ЕСПЧ также обязывает национальные власти обеспечивать соблюдение справедливого баланса между конкурирующими интересами и при определении такого баланса особое значение придавать интересам ребенка, которые в зависимости от их характера и важности могут иметь приоритет над аналогичными интересами родителей, рассказывает Кира Корума.

В этой связи приоритет имеют интересы ребенка, говорит она: «Приоритет интересов ребенка мог быть той причиной, по которой не могли бы быть защищены интересы родителей, которые могут войти в противоречие с интересами ребенка, но могли бы быть защищены интересы лица, воспитывавшего ребенка на протяжении нескольких лет. Однако, не смотря на то, что национальное законодательство исходит из приоритета интересов ребенка, в этой конкретной ситуации нормы Семейного кодекса РФ не позволяют рассмотреть иск лица, воспитывавшего ранее ребенка, но не являющегося его родителем, иначе.»

В настоящее время, отмечает Корума, отсутствует специальный правовой механизм, позволяющий обеспечить соблюдение справедливого баланса между конкурирующими интересами, а в данном случае это интересы ребенка, интересы родителей, интересы лица, ранее воспитывавшего ребенка. Разработка такого механизма отвечала бы общим подходам в защите прав ребенка, однако к этому вопросу необходимо подходить очень и очень осторожно, не допуская произвольного вмешательства в дела семьи, резюмирует Корума.

Мать или отец?

Какие бы дискуссии не велись о том, могут ли формально посторонние люди требовать общения с ребенком, куда более существенной проблемой остаётся вопрос, с кем останется ребенок в случае развода родителей. Если бывшие супруги смогли договориться, проблем не возникает. Однако как только каждый начинает требовать ребенка себе, сложности неизбежны.

Семейный кодекс, принятый еще в 1995 году, уравнивает родителей в правах на ребенка, суды предпочитают оставлять детей матерям – об этом свидетельствует и «Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.07.2011), п. «Рассмотрение судами дел об определении места жительства детей при раздельном проживании родителей».

«Судебная практика рассмотрения данных споров свидетельствует о том, что в большинстве случаев место жительства детей определяется с их матерью», – говорится в обзоре. При равных условиях матери и отца в воспитании ребенка, если ребенок проживает с матерью, в большинстве случаев, решение суда принимается в пользу матери ребенка, подтверждает Мария Рулькова: «Это обусловлено, в первую очередь, тем, что ребенок может быть разлучен с матерью в исключительных случаях, о чем гласит принцип 6 Декларации прав ребенка (провозглашена Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН oт 20 ноября 1959 г.)».
Однако там же отмчен рост числа случаев, когда место жительства ребенка определяется с его отцом: «На такую тенденцию, в частности, указали Верховный Суд Республики Коми, Пермский краевой суд, Волгоградский и Ярославский областные суды».

Суд отходит от типичной ситуации, когда при любых обстоятельствах ребенок должен был оставаться проживать с матерью и главное на что обращает внимание суд – с кем из родителей ребенок будет чувствовать себя комфортнее, подтверждает Александр Слесарев.
По его словам, суд стал прибегать к запрашиванию характеристики на родителей из ИЦ (информационный центр) УВД, наркологических и психоневрологических диспансеров, назначать экспертизы для диагностики внутрисемейных отношений и взаимоотношений ребенка с каждым из родителей, выявления психологических особенностей каждого из родителей и ребенка, для психологического анализа ситуации в целом (семейного конфликта), определения наличия или отсутствия психологического влияния на ребенка со стороны одного из родителей.

При этом суд не ограничен перечнем обстоятельств, которые он должен проанализировать в ходе судебного разбирательства, поясняет Екатерина Екимова: «Это означает, что в зависимости от конкретного судебного спора суд может дополнительно исследовать те или иные аспекты жизни каждого из родителей, а также их взаимоотношений с детьми».
В настоящее время суды стараются разрешить вопрос об определении места жительства ребенка с учетом всех ключевых обстоятельств судебного спора, а также с учетом мнения органов опеки и попечительства, которые в обязательном порядке должны выступать в такого рода процессах в качестве третьих лиц, говорит Екимова.

В итоге к настоящему времени, наконец, стало реально убедить суд в том, что ребенок должен проживать с отцом, если с психологической и материальной стороны вопроса ребенку так будет комфортнее, говорит Слесарев.

По словам Рульковой, преимущество в передаче ребенка на воспитание может иметь тот родитель, с которым ребенок проживает: судебная практика об определении места жительства детей с матерью также чаще всего основывается на том, что, при распаде семьи, как правило, ребенок остается проживать с матерью. Однако в том случае, если после распада семьи ребенок длительное время проживает с отцом и передача на воспитание матери, может причинить ребенку психологическую травму, отмечает юрист.

В целом, решение всегда должно приниматься в интересах детей, а не кого-либо из родителей, делает вывод Рулькова: «Если судом будет установлено, что проживание ребенка с отцом способствует интересам самого ребенка, то суд не примет решение в пользу матери, несмотря на то, что ребенок может быть разлучен с матерью в исключительных случаях, о чем гласит принцип 6 Декларации прав ребенка (провозглашена Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН oт 20 ноября 1959 г.)».

Как раз к таким исключительным случаям, суды, по словам юриста, как правило, относят большую способность отца заботиться о нравственном, физическом развитии ребенка, возможность отца создать ребенку лучший психологический климат в его месте проживания, нежели в месте проживания матери и другие обстоятельства. «При этом обобщение судебной практики Верховным Судом РФ позволяет сделать вывод о том, что, большая материальная обеспеченность того или иного родителя, занимаемая им должность, социальное положение в обществе не являются определяющими факторами, исходя из которых суды решают вопрос об определении места жительства ребенка», – говорит она.

«Случаи, когда дети остаются по решению суда с отцом, крайне редки, и чаще всего обусловлены анти-социальным поведением матери, установлением фактов причинения вреда детям (следует отметить что речь не идет о причинении морального вреда, хотя в некоторых случаях причинение морального вреда, на мой взгляд, должно рассматриваться как основание для передачи ребенка отцу), а также ненадлежащей заботой о детях, в результате чего дети остаются без надзора и надлежащего ухода», – добавляет Кира Корума.

Детей могут передать отцу также в случае, если мать не исполняет решение суда, определившее порядок общения ребенка с отцом, но такие случаи также не характерны, хотя неисполнение решений бывает достаточно часто, говорит Корума. В таких случаях, отказывая в передаче ребенка отцу, суд может указать, что ребенок долго жил с матерью, отвык от отца, передача ребенка отцу может причинить травму ребенку. «На первый взгляд, суд руководствуется интересами ребенка. Но, на мой взгляд, в таких случаях грубо нарушаются права ребенка и его интересы, поскольку приоритетными все же являются нормы о праве ребенка на воспитание родителями», – отмечает она.

Также на практике суды часто принимают во внимание пол ребенка, отмечает Екимова: девочек малолетнего возраста чаще оставляют с мамами, а место жительство мальчиков в возрасте до 14 лет определяют с папами. «Такие решения могут считаться правомерными только в том случае, если судом была дана необходимая оценка иным обстоятельствам и доказательствам, собранным по делу», – заключает юрист.

Нередко баланс интересов отца и матери достигается увеличением времени общения с ребенком, выделяемого отцам, что по сути, носит компенсационный характер, считает Кира Корума. «Хотя до равноценного раздела времени общения с ребенком между родителями, как это достаточно часто бывает в Европейских странах, далеко», – замечает она.

В целом же суды отходят от единообразной практики оставления ребенка с матерью в случае расторжения брака и стараются действовать исключительно в интересах ребенка.

Неотцовский капитал

Еще один проблемный вопрос для отцов – семейный капитал, который традиционно именуют материнским – и не без причины.

22 декабря 2006 года был принят Федеральный Закон «о дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей». Закон свое действие на семьи, в которых второй и последующий ребенок были рождены или усыновлены начиная с 1 января 2007 г.

Одним из последних решений КС РФ отклонил жалобу отца-одиночки Александра Лукьяницы на отказ ПФР выдать ему материнский капитал, подтвердив «приоритетное право женщин на получение МСК» с учетом их «особой, связанной с материнством, социальной роли». Невыплата капитала, по мнению судей, не противоречит принципу равенства мужчины и женщины, и права заявителя и его детей не нарушает. Решение, тем не менее, единогласным не было: судья Гадис Гаджиев выступил с особым мнением о недопустимости дискриминации по гендерному признаку при введении мер социальной помощи.

Это не первый подобный спор в КС: в 2009 году суд отклонил аналогичную жалобу отца двоих детей Виктора Кубанова, мать одного из которых умерла, а второй был рожден в повторном браке. Некоторым отцам посчастливилось:в 2010 году отец двоих детей от разных браков Александр Афанасьев (чья первая жена была лишена родительских прав, а вторая скончалась) сумел убедить Верховный суд Республики Башкортостан, что «по Конституции мужчины и женщины обладают одинаковыми правами».

С большой долей вероятности можно говорить, что позиции Конституционного суда РФ по вопросу выплаты материнского (семейного) капитала будут приняты во внимание судами общей юрисдикции при разрешении аналогичных судебных споров, отмечает Екатерина Екимова. Однако, добавляет она, возможность получить в судебном порядке денежные средства материнского (семейного) капитала зависит от конкретны обстоятельств судебного дела.

Однако пока сделать вывод исходя из судебной практики не представляется возможным, так как такой практики ( не положительной, не отрицательной ) по оспариваемому положению не имеется, говорит Марина Антонова: «Вероятно граждане при получении отказа из Пенсионного фонда по аналогичным делам, просто не обращаются с оспариванием в суд».

В целом же по закону представители сильного пола – отцы и усыновители – могут рассчитывать на господдержку, поясняет Александр Слесарев.

По его словам, у отца (усыновителя) право на капитал возникнет в случае:

– смерти женщины-матери (либо объявления ее умершей);

– лишения матери родительских прав в отношении ребенка, в связи с рождением которого возникло право на меры государственной поддержки;

– совершения матерью в отношении своего ребенка (детей) умышленного преступления, относящегося к преступлениям против личности;

Читайте так же:  Как рассчитать увольнение если нет среднего заработка

Верховный суд защитил право ребенка ходить в ближайший детский сад

Верховный суд признал незаконным бездействие районной администрации, которая не смогла предоставить ребенку место в муниципальном детском саду в пешей доступности от дома. Очередь в детский сад не извиняет чиновников, потому что они должны предвидеть потребность в дошкольном образовании. Их обязанность – заранее принимать меры, чтобы мест хватило всем, разъяснил Верховный суд со ссылкой на Постановление Конституционного суда от 15 мая 2006 года № 5-П.

ВС отменил решения нижестоящих судов по делу Елены Малышкиной* из Мурина в Ленинградской области, которая не смогла устроить маленького сына в ближайший детский сад в 2017 году. В администрации ей объяснили, что там очередь и мест нет. Взамен чиновники предложили группу кратковременного пребывания в Мурине или детский сад, расположенный в 49 км в другом населенном пункте, поселке Лесное. Но эти варианты не подошли матери, которая воспитывает ребенка одна и должна была начать зарабатывать, рассказывает представитель Малышкиной Кирилл Дружинин. «В итоге ей пришлось отправить сына к бабушке в Республику Коми за 2300 км, потому что родственников в Ленинградской области у нее нет», – говорит юрист.

Администрация сказала, что в ближайшем детском саду мест нет, и предложила учреждение в 49 км от дома. Но это не подошло женщине, потому что она воспитывает ребенка одна и хотела устроиться на работу.

Одновременно женщина решила через суд признать бездействие чиновников незаконным и заставить их предоставить место в детском саду в Мурине. Она настаивала, что для ежедневного посещения ребенку не подходит учреждение в 49 км от дома. Но две инстанции встали на сторону администрации. В частности, они сослались на п. 4 ст. 67 закона об образовании. Он устанавливает, что государственные или муниципальные образовательные организации могут отказать в приеме, если мест нет. Также суды приняли во внимание, что Малышкина не выбрала максимально возможное количество учреждений, когда вставала в электронную очередь. Кроме того, она отказалась от альтернативных вариантов: группы кратковременного пребывания или детского сада в 49 км.

«Физически доступное» образование

Малышкина не согласилась с этим и обратилась в Верховный суд. В кассационной жалобе (есть в редакции) она напоминает, что право на образование – одно из основных прав человека (ст. 26 Всеобщей декларации прав человека и др.) Оно должно быть доступным не только экономически, но и физически. Последнее означает «безопасную физическую досягаемость, когда учебное заведение находится на разумном географическом удалении», – не более 300 метров в городах и не более 500 метров в малых поселениях, цитирует Малышкина Свод правил 42.13330.2011 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений».

Верховный суд решал, может ли администрация отказать в устройстве в ближайший детский сад, потому что там кончились места.

По мнению матери, суды не объяснили, почему не учли эти нормативы, и не обосновали, почему в электронной очереди необходимо было выбрать максимальное количество вариантов. «Администрация не представила доказательств, что приняла все необходимые меры для устройства сына в детский сад в соответствии с требованиями закона», – указала Малышкина. Поэтому, по ее мнению, ссылаться на отсутствие мест в детсаду чиновники не могут.

К ее доводам прислушался Верховный суд, который рассмотрел жалобу 12 февраля. В ходе заседания ответчик сообщил, что сыну Малышкиной, которому уже исполнилось три, выделили место в детском саду в пешей доступности от дома. Поэтому гражданская коллегия под председательством Игоря Зинченко рассмотрела только одно из требований – о признании незаконными бездействия администрации. Верховный суд указал, что нижестоящие инстанции упустили из виду ряд важных обстоятельств: Малышкина воспитывает ребенка одна и детский сад в другом населенном пункте ей не подходит, потому что помешает устроиться на полный рабочий день. Сама она сделала все, что от нее зависело, чтобы устроить сына: он стоял на учете уже в 2019 году, когда ему исполнился год и он получил право претендовать на место в садике.

«Мать сделала все, чтобы устроить сына в детский сад: она поставила его на учет заранее. А чиновники со своими обязанностями не справились», – Верховный суд.

Администрация не справилась со своей обязанностью обеспечить дошкольное образование, решил Верховный суд. Он счел, что ответчика не извиняют очередь и отсутствие мест: согласно Постановлению КС № 5-П, государство и муниципальные образования обязаны сохранять достаточное количество детсадов и при необходимости открывать новые. А если денег на местах недостаточно – их перечисляют из бюджета.

Из этого Верховный суд сделал вывод, что орган местного самоуправления должен был предвидеть, сколько малышей отправят в детский сад, и заранее принять меры, чтобы всем нашлось место. Нижестоящие инстанции упустили это из виду. Кроме того, они не применили норму международного права, а именно Конвенцию о правах ребенка 1989 года. Она предписывает уделять первоочередное внимание наилучшему обеспечению интересов ребенка […] и принимать во внимание права и обязанности его родителей, опекунов или других лиц, несущих за него ответственность по закону».

С таким объяснением ВС признал незаконным бездействие чиновников. «Если администрация утверждает, что у нее «нет условий» для устройства ребенка по закону – это ее проблемы, – разъясняет смысл судебного указания Дружинин. – Родители, которым отказали, могут обратиться в суд, и он должен встать на их сторону». Юрист считает, что п. 4 ст. 67 закона об образовании не противоречит этой позиции. Там действительно сказано, что образовательное учреждение может отказать, если нет мест. Но далее говорится, что родители обращаются в региональный или местный орган власти, чтобы устроить ребенка в другую организацию.

* – имя и фамилия изменены редакцией.

О праве малолетнего ребенка на защиту от неправомерного разлучения с матерью: проблемы правопонимания и правоприменения Текст научной статьи по специальности « Государство и право. Юридические науки»

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Зубенко Владимир Михайлович

Рассматриваются вопросы, связанные с определением места жительства малолетних детей при раздельном проживании родителей; проблемы соотношения принципа равенства прав родителей, закрепленного в семейном законодательстве, и универсального (шестого) Принципа Декларации прав ребенка Организации Объединенных Наций, в силу которого малолетний ребенок не должен быть разлучен со своей матерью, кроме тех случаев, когда имеются исключительные обстоятельства. Обращается внимание, что при разрешении споров по вопросам определения места жительства детей чрезвычайно большая роль отводится судейскому усмотрению, что не всегда правомерно. Предлагаются конкретные меры по совершенствованию федерального законодательства и правоприменительной практики, укреплению конституционно-правовых гарантий защиты малолетнего от неправомерного разлучения с матерью.

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Зубенко Владимир Михайлович,

Текст научной работы на тему «О праве малолетнего ребенка на защиту от неправомерного разлучения с матерью: проблемы правопонимания и правоприменения»

О ПРАВЕ МАЛОЛЕТНЕГО РЕБЕНКА НА ЗАЩИТУ ОТ НЕПРАВОМЕРНОГО РАЗЛУЧЕНИЯ С МАТЕРЬЮ: ПРОБЛЕМЫ ПРАВОПОНИМАНИЯ И ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

Зубенко Владимир Михайлович, старший преподаватель кафедры государствоведения Института государственной службы и управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, советник государственной гражданской службы Российской Федерации 1 класса, e-mail: [email protected]

Аннотация. Рассматриваются вопросы, связанные с определением места

жительства малолетних детей при раздельном проживании родителей; проблемы соотношения принципа равенства прав родителей, закрепленного в семейном законодательстве, и универсального (шестого) Принципа Декларации прав ребенка Организации Объединенных Наций, в силу которого малолетний ребенок не должен быть разлучен со своей матерью, кроме тех случаев, когда имеются исключительные обстоятельства. Обращается внимание, что при разрешении споров по вопросам определения места жительства детей чрезвычайно большая роль отводится судейскому усмотрению, что не всегда правомерно. Предлагаются конкретные меры по совершенствованию федерального законодательства и правоприменительной практики, укреплению конституционно-правовых гарантий защиты малолетнего от неправомерного разлучения с матерью.

Ключевые слова: наилучшее обеспечение интересов малолетнего ребенка, Конституция РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права, Принцип 6 Декларации прав ребенка (ООН), Семейный кодекс РФ, споры о месте жительства малолетних детей, проблемы правопонимания, судебная практика по делам об определении места жительства ребенка.

Согласно Декларации прав ребенка Организации Объединенных Наций1 малолетний ребенок не должен, кроме тех случаев, когда имеются исключительные обстоятельства, быть разлучаем со своей матерью (Принцип 6 Декларации прав ребенка (ООН)).

Согласно Конвенции о правах ребенка2 государства-участники во всех действиях в отношении детей первоочередное внимание уделяют наилучшему обеспечению интересов ребенка (ст. 3 Конвенции о правах ребенка).

В соответствии с Семейным кодексом РФ родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении детей (ст. 61 СК РФ).

Однако при разрешении судами споров родителей о месте жительства малолетних детей (при раздельном проживании родителей), как правило, имеют значение гендерные аспекты.

При раздельном проживании родителей, место жительства ребенка устанавливается соглашением родителей. При отсутствии соглашения спор между родителями разрешается судом исходя из интересов ребенка (детей) и с учетом его мнения. Суд при этом должен учитывать эмоциональную привязанность ребенка к каждому из родителей, детско-родительские отношения, возраст ребенка, личные качества родителей, взаимоотношения между родителями и ребенком, возможность создания ребенку условий для воспитания и развития, материальное и семейное положение родителей, и другое (п. 3 ст. 65 СК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.1998 № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей»3 отмечается, в частности, что суд при решении вопроса о месте жительства несовершеннолетнего при раздельном проживании его родителей принимает во внимание возраст ребенка, его привязанность к каждому из родителей. Подчеркивается, что преимущество в материально-бытовом положении одного из родителей не является безусловным основанием для удовлетворения требований этого родителя, а также другие обстоятельства (п. 5). Вопрос о месте жительства малолетних детей с матерью не нашел конкретного отражения в указанном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ.

В «Обзоре практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей» (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 20.07.2011 г.)4 обращается внимание на увеличившееся число судебных решений, которыми место жительства ребенка определяется с его отцом. При

1 Декларация прав ребенка [принята 20.11.1959 Резолюцией 1386 (XIV) на 841-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН] // СПС «КонсультантПлюс».

2 Конвенция о правах ребенка [принята 44-й сессией Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций 20.11.1989; вступила в силу для СССР 15.09.1990].

3 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.1998 № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей».

4 Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей [утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 20.07.2011] // СПС «КонсультантПлюс».

этом судами в основном осуществлялось всестороннее исследование всех обстоятельств дела со сбором характеристик на родителей, проведением различных судебных экспертиз, привлечением специалистов. Как правило, лучшая материальная обеспеченность кого-либо из родителей не являлись определяющими факторами при вынесении решения. Такие действия судов свидетельствуют об изучении исключительности обстоятельств, при которых малолетний ребенок может быть разлучен с матерью, что согласуется с Принципом 6 Декларации прав ребенка. Однако имеются случаи, когда место жительства ребенка определяется с отцом, исходя из его лучшей материальной обеспеченности1.

Рассмотрим вопрос о юридической силе положений Декларации прав ребенка. Общепризнанные нормы и принципы международного права являются составной частью правовой системы Российской Федерации (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ). Чрезвычайно актуальным для понимания исследуемой проблематики является постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации». В указанном документе Верховного Суда РФ отмечается, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ. Разъясняется, что, исходя из положений ч. 4 ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст. 18 Конституции РФ, права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права, являются непосредственно действующими в пределах юрисдикции Российской Федерации. В Постановлении подчеркивается, что содержание общепризнанных принципов и норм международного права может раскрываться, в частности, в документах ООН2.

На основании изложенного, логичным и правомерным является следующий вывод: содержание общепризнанных принципов и норм международного права может раскрываться и в Декларации прав ребенка ООН (ее универсальных принципах).

Из этого следует, что 6-ой Принцип Декларации прав ребенка — при разрешении судом спора о месте жительства малолетнего — является общеобязательным.

На юридическую значимость Принципа 6 Декларации прав ребенка (ООН) указывается в «Обзоре судебной практики Верховного Суда

1 АвербахЭ.И. Право малолетнего ребенка жить с матерью — священно! // Мировой судья. 2019. № 9.

2 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации».

Российской Федерации»1. Например, подчеркивается, что суд первой инстанции не установил и истцом не представлены такие исключительные обстоятельства, которые позволяют разлучить малолетнего ребенка со своей матерью.

Применение судами универсального 6-го Принципа Декларации прав ребенка меняет вектор всего процесса определения его места жительства. Основным предметом доказывания становится не возможность конкретного родителя в наилучшей степени обеспечить интересы ребенка, а наличие или отсутствие исключительных обстоятельств, позволяющих разлучить мать с ребенком, что должно учитываться адвокатами при оказании правовой помощи по исследуемой категории дел. По мнению экспертов, в качестве исключительных могут рассматриваться обстоятельства, подтверждающие негативное воздействие матери своим поведением на ребенка или на его воспитание; наличие каких-либо противоправных действий с ее стороны в отношении ребенка; осуществление своих родительских прав в противоречии с интересами ребенка; неспособность исполнять родительские обязанности; ведение аморального образа жизни, ставшего причиной неоднократного оставления ребенка в одиночестве или с посторонними лицами; также обстоятельства, изложенные в статьях 69 и 73 СК РФ2.

Как отмечается в специальной литературе, приоритет при решении вопроса о месте жительства ребенка в случае расторжения брака между родителями стали отдавать матерям примерно с 20-х гг. XX в. Именно тогда широкое распространение получила психоаналитическая теория З.Фрейда, согласно которой матери «более эффективны» в воспитании детей; мать является самым первым и самым важным объектом любви ребенка.

По мнению отдельных авторов, теория психоанализа о важности взаимоотношений малолетнего ребенка с матерью получила свое нормативное закрепление в универсальном 6-ом Принципе Декларации прав ребенка (ООН).

В 1960-х гг. предпочтение материнской опеки было максимальным. По мнению Дж.Келли3, признавая теорию психоанализа о важности взаимоотношений малолетнего ребенка и матери, суды стали руководствоваться доктриной, согласно которой малолетние оставались с матерями.

Приняв этот принцип за основу, суды и в настоящее время, как правило, при разрешении споров родителей о месте жительства детей,

1 Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019) [утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2019] // СПС «КонсультантПлюс».

2 Дергунова В.А. Особенности применения судами Декларации прав ребенка при разрешении споров родителей о месте жительства детей // Адвокат. 2019. № 11.

3 Kelly J.B. The determination of child custody // The future of children Children and divorce. 1994. Vol. 4. № 1.

оставляют малолетних детей, не достигших возраста десяти лет, проживать с матерью, ввиду наличия особых детско-родительских отношений (за исключением экстремальных случаев «материнской непригодности», когда малолетнего ребенка оставляют с отцом)1. Так, например, по спору о месте жительства ребенка, Люблинский районный суд г. Москвы в 2019 г. принял правильное решение: на основании отсутствия в деле доказательств, компрометирующих мать ребенка 2009 г. рождения, отсутствия исключительных обстоятельств для разлучения ребенка с мамой, суд оставил ребенка с материю.

В 2019 г. Московский городской суд, рассмотрев апелляционную жалобу на решение Н-ского районного суда г. Москвы, в соответствии с которым место жительства ребенка 2019 года рождения определено с отцом, отменил его. При этом Мосгорсуд указал, что районным судом не было выявлено исключительных обстоятельств — для разлуки ребенка с матерью, которая исполняла свои родительские обязанности надлежащим образом (не установлено каких-либо данных, свидетельствующих об отрицательном воздействии поведения матери на ребенка, наличии каких-либо противоправных действий с ее стороны в отношении ребенка)2.

Другие авторы обращают особое внимание на иные аспекты рассматриваемой проблематики. В частности, отмечается, что при разрешении споров по вопросам определения места жительства детей чрезвычайно большая роль отводится судейскому усмотрению3. Хотя речь идет не о «коррупционных рисках», однако судейское усмотрение при разрешении споров данной категории должно присутствовать в «разумных пределах».

Признавая легитимность (юридическую значимость) универсального Принципа Декларации прав ребенка (ООН), в целях исключения излишних споров о его юридической силе и устранения существующих в судебной практике неоднозначных (ошибочных) подходов к его толкованию, а также нейтрализации возможных коррупциогенных (коррупционных) факторов и совершенствования конституционно-правовых гарантий защиты малолетнего ребенка от неправомерного разлучения с матерью, следует

1 Сафуанов Ф.С. Зарубежная практика участия специалистов — психологов и психиатров в судебных спорах о детях / Ф.С.Сафуанов, Н.К.Харитонова, О.А.Русаковская // Юридическая психология. 2009. № 1.

2 Подробнее см.: Дергунова В.А. Особенности применения судами Декларации прав ребенка при разрешении споров родителей о месте жительства детей // Адвокат. 2019. № 11.

3 Например, в практике Конституционного Суда РФ не единичны жалобы граждан -участников конфликтов, связанных с определением места жительства малолетних детей, которые полагают, что ввиду наличия неопределенности в п. 3 ст. 65 Семейного кодекса РФ нарушаются их конституционные права. Кроме того, по мнению А.А.Елисеевой, вопросы определения места жительства детей при раздельном проживании родителей в силу отведения большой роли при разрешении данных споров судейскому усмотрению, становятся предметом рассмотрения в Европейском Суде по правам человека. См.: Елисеева А.А. Место жительства несовершеннолетних: отдельные проблемы судебного определения // Семейное и жилищное право. 2019. № 5.

поддержать предложения В.А.Дергуновой и А.А.Елисеевой по данной проблеме.

По мнению указанных авторов, необходимо издание Верховным судом Российской Федерации дополнительных разъяснений порядка применения Принципа 6 Декларации прав ребенка (ООН) и (или) дополнить п. 3 ст. 65 Семейного кодекса РФ положением, содержащим указание на то, что при отсутствии исключительных обстоятельств (предусмотренных ст. 69 и 73 СК РФ) не должно допускаться разлучение с матерью малолетнего ребенка (как вариант: ребенка, не достигшего возраста 10 лет, т.е. возраста, когда согласно ст. 56 СК РФ его мнение при разрешении подобных споров обязательно для суда, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам)1.

Нельзя не обратить внимание на некоторые (условно говоря) философско-правовые аспекты проблематики. Определенная (иногда существенная) роль при разрешении судом конкретного спора об определении места жительства малолетнего ребенка при раздельном проживании родителей принадлежит их представителям, адвокатам. В частности, представитель (адвокат) отца ребенка связан с волей (интересами) своего доверителя. Но что делать в случае, когда, например, (со всей очевидностью) отсутствуют исключительные обстоятельства, позволяющие разлучить малолетнего ребенка с матерью? Вопрос риторический. Следует помнить, что основная цель разрешения таких споров — наилучшее обеспечение интересов Ребенка, а не Доверителя. В данном случае, речь идет о проблемах правопонимания, а также правового и нравственного сознания конкретного адвоката, юриста. Адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя, соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката. Юрист не должен (полностью) отождествляться со своим клиентом (доверителем) или интересами своего клиента в результате выполнения им своих функций (представляется, что этот вопрос также заслуживает внимания либо отдельного исследования).

1. Конституция Российской Федерации.

2. Семейный кодекс Российской Федерации.

3. Декларация прав ребенка [принята 20.11.1959 Резолюцией 1386 (XIV) на 841-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН].

4. Конвенция о правах ребенка [принята 44-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 20.11.1989; вступила в силу для СССР 15.09.1990].

1 Елисеева А.А. Место жительства несовершеннолетних: отдельные проблемы судебного определения // Семейное и жилищное право. 2019. № 5; Дергунова В.А. Особенности применения судами Декларации прав ребенка при разрешении споров родителей о месте жительства детей // Адвокат. 2019. № 11.

5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.1998 № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей».

6. Обзор практики разрешения судами споров, связанных с воспитанием детей [утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.07.2011] // СПС «КонсультантПлюс».

7. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации».

8. Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2019) [утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2019] // СПС «КонсультантПлюс».

9. АбрамовВ.И. Права ребенка и их защита в России: общетеоретический анализ: автореф. дис. . д-ра юрид. наук. Саратов, 2007.

10. Авербах Э.И. Право малолетнего ребенка жить с матерью — священно! // Мировой судья. 2019. № 9.

11. Громоздина М.В. Осуществление родительских прав при раздельном проживании родителей по законодательству Российской Федерации: дис. . канд. юрид. наук. М., 2010.

12. Даниленков А.В. Возрастной ценз ребенка как один из способов неправомерного ограничения прав отцов в РФ // Семейное и жилищное право. 2019. № 2.

13. Дергунова В.А. Особенности применения судами Декларации прав ребенка при разрешении споров родителей о месте жительства детей // Адвокат. 2019. № 11.

14. Елисеева А.А. Место жительства несовершеннолетних: отдельные проблемы судебного определения // Семейное и жилищное право. 2019. № 5.

15. Сафуанов Ф.С. Зарубежная практика участия специалистов -психологов и психиатров в судебных спорах о детях / Ф.С.Сафуанов,

H.К.Харитонова, О.А.Русаковская // Юридическая психология. 2009. №

Обзор судебной практики по гражданским делам, связанным с воспитанием детей

В силу статьи 38 Конституции Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Забота о детях, их воспитание — равное право и обязанность родителей.

Читайте так же:  Ущерб от залива квартиры судебная практика

Основным нормативно-правовым актом, регулирующим отношения по воспитанию детей на территории Российской Федерации, является Семейный кодекс Российской Федерации (далее — СК РФ).

При разрешении споров об определении места жительства детей при раздельном проживании родителей, об осуществлении родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, судам следует применять также положения Федерального закона от 24.07.1998 N 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации».

В силу части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы, и если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Нормы международного права, регулирующие отношения по воспитанию детей, содержатся в Конвенции о правах ребенка (одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989).

Разъяснения по применению семейного законодательства содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей».

К связанным с воспитанием детей следует отнести споры:

— об определении места жительства ребенка при раздельном проживании родителей (пункт 3 статьи 65 СК РФ);

— об осуществлении родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка (пункт 2 статьи 66 СК РФ);

— об устранении препятствий к общению с ребенком его близких родственников (пункт 3 статьи 67 СК РФ);

— о лишении родительских прав (пункт 1 статьи 70 СК РФ); о восстановлении в родительских правах (пункт 2 статьи 72 СК РФ);

— об ограничении родительских прав (пункт 1 статьи 73 СК РФ); об отмене ограничения родительских прав (статья 76 СК РФ) и другие.

Предъявление искового заявления по спорам, связанным с воспитанием детей

Как показывает судебная практика, судьями в основном правильно разрешается вопрос о возможности принятия искового заявления к своему производству по делам по спорам, связанным с воспитанием детей.

С иском в суд по данной категории дел вправе обращаться родители несовершеннолетних детей и лица, их заменяющие (опекуны и попечители), прокурор, органы или организации, на которые возложены обязанности по охране прав несовершеннолетних детей (органы опеки и попечительства, комиссии по делам несовершеннолетних, организации для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и др.).

Приведенный перечень не является исчерпывающим.

Однако учитывая, что гражданское процессуальное законодательство находится в исключительном ведении Российской Федерации (п. «о» статьи 71 Конституции Российской Федерации), право на обращение в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц может быть установлено только федеральным законом.

Закон субъекта Российской Федерации не относится к нормативным правовым актам, регулирующим порядок гражданского судопроизводства, и поэтому не предоставляет право Уполномоченному по правам ребенка в субъекте Федерации обратиться в суд в интересах несовершеннолетнего гражданина с заявлением о лишении одного из родителей родительских прав.

Ряд районных (городских) судов Вологодской области привлекает к участию в делах о лишении родительских прав Уполномоченного по правам ребенка в Вологодской области в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.

Согласно пункту 2 статьи 56, статьям 62 и 142 СК РФ граждане, достигшие 14-летнего возраста, имеют право на самостоятельную судебную защиту прав и законных интересов при невыполнении или ненадлежащем выполнении родителями обязанностей по воспитанию, образованию, при злоупотреблении родительскими правами, а также на обращение с иском об отмене усыновления и с требованием об объявлении эмансипированным.

В случае если иск предъявлен лицом, которое не относится к кругу лиц, имеющих право на обращение в суд, следует отказывать в принятии заявления на основании пункта 1 части 1 статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ).

Следует обратить внимание на случаи необоснованного возврата исковых заявлений по спорам, связанным с воспитанием детей, по мотиву нарушения заявителем правил родовой подсудности. Затруднения возникли при определении территориальной подсудности дела при одновременном заявлении требований о лишении родительских прав и взыскании алиментов, об установлении отцовства и взыскании алиментов.

Так, Вологодский городской суд в связи с неподсудностью данному суду возвратил исковое заявление об установлении отцовства и взыскании алиментов, предложив истцу обратиться в суд по месту жительства ответчика. Суд апелляционной инстанции отменил определение и направил материал в городской суд для разрешения вопроса о принятии заявления к своему производству.

Представляется, что в подобных случаях истец вправе предъявить иск, как по месту жительства ответчика, так и по месту своего жительства.

Такой вывод вытекает из положений части 3 статьи 29 ГПК РФ, согласно которой иски о взыскании алиментов и об установлении отцовства могут быть предъявлены истцом также в суд по месту его жительства. При этом из данной нормы не следует, что правило об альтернативной подсудности применяется только к случаям одновременного предъявления требований об установлении отцовства и о взыскании алиментов. Учитывая это, суды полагают, что если наряду с требованием о лишении родительских прав предъявлено и требование о взыскании алиментов, для которого действует правило об альтернативной подсудности, то истец вправе подать такое заявление как в суд по месту жительства ответчика, так и в суд по месту своего жительства.

Верховный Суд Российской Федерации поддерживает такую позицию, считает ее правильной, наиболее согласующейся с положениями статей 28, 29 ГПК РФ, а также отвечающей правам и интересам ребенка, включающим в себя и право быть заслушанным в ходе любого судебного разбирательства (статья 57 СК РФ).

Подготовка дела к судебному разбирательству

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2008 N 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» обращено внимание судей на соблюдение требований закона о проведении надлежащей подготовки гражданских дел к судебному разбирательству, что является одним из основных условий правильного и своевременного их разрешения.

По-видимому, в тексте предыдущего абзаца допущена опечатка. Дату названного Постановления следует читать как «от 24.06.2008»

Изучение дел рассматриваемой категории выявило факты формального отношения судей к подготовке дела к судебному разбирательству.

Так, Вологодским городским судом было рассмотрено дело о лишении родительских прав по иску опекуна, указавшего, что ответчики, неоднократно судимые за распространение наркотиков, отбывают наказание, в периоды нахождения на свободе воспитанием дочери не занимаются, характеризуются отрицательно.

Однако в материалах дела отсутствовали приговоры суда, не имелось сведений, характеризующих личность ответчиков и подтверждающих доводы об аморальном образе жизни, сведений из наркологического, психиатрического диспансеров, подтверждающих состояние здоровья ответчиков.

Участие органов опеки и попечительства в рассмотрении дел

В соответствии со статьей 4 Конвенции о правах ребенка на государство и органы опеки и попечительства возложена обязанность — принимать все меры для защиты прав ребенка. Данной норме корреспондирует пункт 1 статьи 78 СК РФ, согласно которому при рассмотрении судом споров, связанных с воспитанием детей, к участию в деле независимо от того, кем предъявлен иск в защиту интересов ребенка, должен быть привлечен орган опеки и попечительства.

Закон предусматривает участие органа опеки и попечительства в рассмотрении споров, связанных с воспитанием детей, как в качестве стороны по делу (истца), так и в качестве государственного органа, компетентного дать заключение по существу спора.

Участвуя в рассмотрении судом спора, связанного с воспитанием детей, орган опеки и попечительства обязан согласно пункту 2 статьи 78 СК РФ провести обследование условий жизни ребенка и лица (лиц), претендующего на его воспитание, представить суду акт обследования и основанное на нем заключение по существу спора, подлежащее оценке в совокупности со всеми собранными по делу доказательствами.

Заключение органа опеки и попечительства представляет собой письменный документ, который должен быть подписан руководителем органа местного самоуправления либо уполномоченным на это должностным лицом подразделения органа местного самоуправления, на которое возложено осуществление функций по охране прав детей.

Встречаются случаи приобщения к материалам дела актов обследования условий жизни ребенка и заключений, составленных специалистами органа опеки и попечительства, не заверенных надлежащим образом. Однако такие доказательства как недопустимые не могут быть положены в основу решения суда. Также не могут быть приняты во внимание представленные вместо подлинников копии заключений и актов обследования (как правило, копии приобщаются к материалам дела по заявлениям прокурора в интересах несовершеннолетнего).

Необходимо отметить, что судами неукоснительно соблюдается требование об обязательном привлечении органов опеки и попечительства к участию в делах, связанных с воспитанием детей.

Между тем, суды затрудняются в определении процессуального статуса органов опеки и попечительства, привлекая их к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Такая практика противоречит нормам статьи 47 ГПК РФ, согласно которой орган опеки и попечительства является государственным органом, компетентным дать заключение по существу спора.

Следует обратить внимание, какой орган опеки и попечительства суду следует привлекать к участию в деле, а также каким органом опеки и попечительства должно быть дано заключение по существу спора в тех случаях, когда родители имеют разные места жительства.

Представляется правильным привлекать к участию в деле как орган опеки и попечительства по месту жительства истца, претендующего на воспитание ребенка, так и орган опеки и попечительства по месту жительства ответчика, с которым проживал ребенок (либо орган опеки и попечительства по месту нахождения ребенка в детском учреждении), которые должны дать заключения по существу спора.

Встречаются случаи, когда органы опеки и попечительства просят суд рассмотреть дело без их участия. Удовлетворять такие ходатайства не следует, поскольку в ходе судебного разбирательства возникают вопросы, разрешить которые без непосредственного участия в судебном заседании представителя органа опеки и попечительства не представляется возможным. Кроме того, одной из обязанностей, возложенных на эти органы федеральными законами, является защита прав и охраняемых законом интересов несовершеннолетних детей не только в случаях отсутствия родительского попечения (статья 121 СК РФ), но и в случаях проживания детей в семьях родителей или усыновителей (статья 56 СК РФ).

Изучение в апелляционной инстанции дел, связанных с воспитанием детей, выявило формально составленные органом опеки и попечительства заключения, не содержавшие данные, характеризующие отношения в семье между родителями, между родителями и ребенком, личностные качества родителей, данные о привязанности ребенка к каждому из родителей, о результатах общения с несовершеннолетним. В заключении отсутствует мнение органа опеки и попечительства о целесообразности либо нецелесообразности опроса ребенка в судебном заседании, о том, может ли опрос в суде причинить ребенку психологическую травму и т.п. Такие заключения принимаются судами во внимание, однако без должной оценки.

Мнение органа опеки и попечительства по существу спора в заключении должно быть изложено четко и конкретно, оставлять разрешение вопроса на усмотрение суда не допускается.

Кроме того, суды не всегда учитывают, что достаточность и полнота отраженных в актах и заключениях органа опеки и попечительства сведений зависят от тех вопросов, которые суд ставит перед органом опеки и попечительства, поручая ему проведение обследования условий жизни ребенка и лиц, претендующих на его воспитание, и составление заключения.

Поэтому вопросы должны ставиться судом с учетом конкретных обстоятельств дела и заявленных исковых требований.

Участие прокурора в рассмотрении дел, связанных с воспитанием детей

Дела об ограничении либо о лишении родительских прав, а также о восстановлении в родительских правах в соответствии с требованиями закона (статья 45 ГПК РФ, пункт 2 статьи 70, пункт 2 статьи 72, пункт 4 статьи 73 СК РФ) рассматриваются с участием прокурора, который дает заключение по делу. На обязательное участие прокурора по указанным категориям споров обращено внимание судов и в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10.

Учет мнения ребенка при рассмотрении дел, связанных с воспитанием детей

При разрешении споров, связанных с воспитанием детей, суду следует иметь в виду наличие у ребенка права выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, в том числе быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства.

Такое право ребенка предусмотрено статьей 12 Конвенции ООН о правах ребенка, статьей 57 СК РФ.

Конечно, при этом ребенок должен достигнуть возраста, когда он будет способен в форме, доступной для однозначного понимания всеми окружающими, сформулировать и выразить свое мнение. Такой возраст в СК РФ обозначен как 10 лет. Учет мнения такого ребенка обязателен, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Учет мнения ребенка предполагает, что оно в обязательном порядке будет заслушано, а при несогласии с мнением ребенка суд или заинтересованное лицо обязаны обосновать причины, по которым они сочли нужным не следовать пожеланиям ребенка.

Если при разрешении спора, связанного с воспитанием детей, суд придет к выводу о необходимости опроса в судебном заседании несовершеннолетнего в целях выяснения его мнения по рассматриваемому вопросу (статья 57 СК РФ), то следует предварительно выяснить мнение органа опеки и попечительства о том, не окажет ли неблагоприятного воздействия на ребенка его присутствие в суде.

Опрос следует производить с учетом возраста и развития ребенка в присутствии педагога, в обстановке, исключающей влияние на него заинтересованных лиц.

При опросе ребенка суду необходимо выяснять, не является ли мнение ребенка следствием воздействия на него одного из родителей или других заинтересованных лиц, осознает ли он свои собственные интересы при выражении этого мнения и как он его обосновывает, и тому подобные обстоятельства.

Так, Вологодским городским судом при разрешении вопроса об отмене удочерения обоснованно не было учтено мнение несовершеннолетней, которая желала вернуться в семью и проживать с матерью, поскольку контроль со стороны родителя за посещаемостью ребенком учебного заведения отсутствовал, ребенок самостоятельно распоряжался свободным временем, не соблюдал режим дня. При этом девочка в силу возраста и уровня развития не осознавала свои собственные интересы. Суд правильно указал на противоречие мнения несовершеннолетнего ребенка его интересам.

Рассмотрение судами дел об осуществлении родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка

Споры о порядке общения с ребенком рассматриваются районными (городскими) судами.

Основные положения по осуществлению родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, закреплены в статье 66 СК РФ.

Проживание ребенка с одним из родителей не лишает другого родителя права и обязанности участвовать в его воспитании. Проживающий отдельно от ребенка родитель вправе общаться с ним и обязан принимать участие в его воспитании, а родитель, с которым ребенок проживает, не вправе препятствовать в этом другому родителю.

При разрешении споров между родителями о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка, суды должны руководствоваться разъяснениями, содержащимися в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10, и принимать во внимание возраст ребенка, состояние его здоровья, привязанность к каждому из родителей и другие обстоятельства, способные оказать воздействие на физическое и психическое здоровье ребенка, на его нравственное развитие.

Рассматривая вопрос о порядке общения родителя с ребенком, во-первых,следует определить, будет ли общение родителя, не проживающего с ребенком, производиться в присутствии другого родителя или его представителя либо общение будет производиться наедине с ребенком.

Во-вторых, необходимо установить место общения заинтересованного родителя с ребенком. Местом общения с ребенком может быть квартира, комната, дом, где ребенок фактически проживает с одним родителем, жилое помещение, где проживает заинтересованный родитель, места культурно-массового досуга населения.

Место встреч родителя и ребенка должно определяться в зависимости от конкретных обстоятельств: погодных условий, состояния здоровья ребенка, его желаний и не может быть ограничено лишь квартирой родителя, с которым ребенок не проживает.

В-третьих, график общения должен предусматривать конкретное время общения родителя с ребенком.

Так, судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда изменила решение Вологодского городского суда в части встреч отца с дочерью в каникулярное время, изменив формулировку суда «первая половина осенних, зимних, весенних каникул» на конкретное количество дней с указанием времени общения.

Таким образом, порядок общения с ребенком должен содержать место, время, продолжительность встреч родителя с ребенком, присутствие другого родителя, а также максимально детальные и точные формулировки, которые не ставятся в зависимость от предположительных и маловероятных условий. Лишь в отдельных случаях допустимы такие формулировки, как: «в случае плохого самочувствия или болезни ребенка отец не будет забирать на прогулку, но неиспользованное время для встреч может быть компенсировано в другой день по согласованию с матерью ребенка».

Исходя из судебной практики, сложившейся в Вологодской области, иски родителей об определении порядка его общения с ребенком, с которым проживает другой родитель, полностью или частично удовлетворяются судом.

Однако в исключительных случаях, когда общение ребенка с отдельно проживающим родителем может нанести вред ребенку, суд вправе отказать в удовлетворении иска. Суд может отказать в удовлетворении иска, если будут установлены уважительные причины, по которым другой родитель препятствует общению. Такими уважительными причинами могут являться:

— неправомерное или недостойное поведение отдельно проживающего родителя в период общения с ребенком;

— ситуации, когда родитель является к нему в состоянии опьянения, настраивает против второго родителя;

— склоняет к совершению аморальных поступков;

— совершает в отношении ребенка насильственные действия;

— применяет жестокие формы наказания, злоупотребляет родительскими правами и т.п.

В случаях, когда речь идет о возможном нанесении вреда развитию ребенка, суд по своей инициативе или по инициативе одного из лиц, участвующих в деле, назначает психолого-педагогическую экспертизу. На основании заключения экспертов суд делает вывод о том, оправданными ли являются опасения родителя и его запрещение на общение ребенка с другим родителем.

Если ребенок уже достиг 10 лет и может сформулировать и выразить свое мнение, то правильным представляется ставить встречи с другим родителем в зависимость от желания ребенка. Чем старше ребенок, тем более важным для него становится общение со сверстниками, успеваемость в школе, тем более загружен делами его день. С другой стороны, суду следует по возможности точно определить, не будет ли вызвано возможное нежелание ребенка видеться с другим родителем влиянием мнения того родителя, с кем он проживает.

Определяя порядок общения родителя и ребенка, суд принимает во внимание возраст ребенка. Как правило, маленькому ребенку не столько требуется внимание отца, сколько внимание матери, особенно если с отцом ребенок в последнее время не общался, неважно по каким причинам, пусть даже самым уважительным, таким как проживание в разных городах, болезнь родителя и т.п.

Так, решением Череповецкого городского суда установлен порядок общения отца с дочерью, достигшей возраста шести лет, в том числе определена возможность отдыха дочери совместно с отцом за пределами г. Череповца продолжительностью в два летних месяца. Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда изменила решение суда, уменьшив время пребывания ребенка на отдыхе с отцом до одного месяца, исходя из того, что пребывание ребенка продолжительное время в отсутствие матери может неблагоприятно отразиться на психоэмоциональном состоянии ребенка, как это уже было ранее, незадолго до рассмотрения дела в суде.

При определении порядка общения ребенка и родителя может учитываться не только рабочая загруженность родителя, но и наличие у родителя другой семьи, в которой у него могут быть другие дети.

Суд может обратить внимание на режим дня ребенка и интенсивность его каждодневных нагрузок, его успеваемость в школе и склад характера.

Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда посчитала правильным решение Вологодского городского суда, которым определен порядок общения отца с сыном, 2006 года рождения, один раз в неделю в вечерние часы и дважды в месяц в выходной день, приняв во внимание пожелание ответчика о наличии у него возможности общаться с ребенком в вечерние часы и выходные дни с учетом рабочей занятости.

Также по данному делу судом правомерно отказано матери ребенка в осуществлении встреч отца в присутствии бабушки, поскольку присутствие бабушки на встречах несовершеннолетнего внука с отцом ограничивает возможность общения отца с сыном и осуществление им в полной мере родительских прав и выполнение обязанностей. Кроме того, в силу статьи 67 СК бабушка вправе обратиться с самостоятельными требованиями об установлении порядка общения с внуком.

Относительно моральных качеств родителя, претендующего на общение с ребенком, необходимо отметить, что наличие определенных черт характера, мнений или точек зрения не влияет на возможность общения с ребенком и на продолжительность таких встреч.

Во внимание суд принимает акт обследования условий жизни ребенка и заключение органа опеки и попечительства.

Таким образом, для дел об определении порядка общения родителя с ребенком имеют значение следующие обстоятельства:

— ограничение ответчиком права истца на общение с ребенком;

— привязанность ребенка к каждому из родителей, братьям и сестрам, другим членам семьи;

— возраст ребенка и состояние его здоровья;

— нравственные и иные личные качества родителей (характеризующие их данные, уровень образования родителей);

— отношения, существующие между каждым из родителей и ребенком (как исполняют родители свои родительские обязанности по отношению к ребенку, как учитывают их интересы, имеется ли взаимопонимание между каждым родителем и ребенком);

— возможность создания ребенку условий для воспитания и развития (род деятельности, режим работы родителей, их материальное и семейное положение и др.).

Истец, то есть родитель, претендующий на общение с ребенком, должен доказать следующие обстоятельства:

— что другой родитель (ответчик) ограничивает его право на общение с ребенком;

— что ребенок привязан к нему;

— что он может и способен заниматься воспитанием детей;

— что нравственные и иные личные качества истца (характеризующие данные, уровень образования) позволяют ему заниматься воспитанием малолетних детей, уделять необходимое время их нравственному и физическому развитию;

— что отношения, существующие между истцом и ребенком, хорошие, истец принимает меры по содержанию ребенка, учитывает его интересы, имеется взаимопонимание между истцом и ребенком;

Читайте так же:  Что такое договор присоединения в гражданском праве

— что истец имеет возможность создания ребенку необходимых условий для воспитания и развития. У него имеются необходимые жилищные условия, достаточный заработок, предметы мебели и вещи для детей, что режим работы позволяет истцу забирать детей на выходные, праздничные дни и в каникулы, а также наличие или отсутствие у истца другой семьи, проживание с ним родственников или иных лиц.

Перечень приведенных выше обстоятельств не является исчерпывающим, так как на практике встречаются и не вполне «стандартные» ситуации.

Таким образом, значимые обстоятельства по делам данной категории в целом тождественны значимым обстоятельствам по делам об определении места жительства ребенка.

Однако, как видно из приведенных выше значимых обстоятельств, здесь большее значение имеет исследование вопроса о том, возможно ли общение ребенка с родителем, проживающим от него отдельно, без ущерба для здоровья ребенка и его психического, физического и нравственного развития. Также подлежит доказыванию то обстоятельство, что ответчик препятствует общению истца с ребенком, не имея на это законных оснований.

В резолютивной части решения указывается определенный судом порядок общения (время, место, периодичность общения и т.п. обстоятельства), возможность осуществления отдельно проживающим родителем иных родительских прав, если требование об этом было заявлено суду.

Так, в частности, в резолютивной части решений судами указывалось на наличие права отдельно проживающего родителя участвовать в воспитании ребенка и решать вопросы, связанные с получением образования; на право получения информации о состоянии здоровья ребенка, режиме сна и питания, возникающих потребностях, местонахождении ребенка, местонахождении детских учреждений, которые ребенок посещает; на право посещения стационарного лечебного учреждения в случаях нахождения там ребенка, а также на право предлагать учреждения здравоохранения для лечения ребенка.

Исходя из позиции Верховного Суда Российской Федерации, в резолютивной части решения суда возможно указывать и на обязанности обоих родителей, в частности, корректно относиться друг к другу, с тем чтобы не подрывать авторитет друг друга в глазах ребенка.

Предупреждение о неисполнении решения суда

Изучение судебных решений, обжалованных в апелляционном порядке, показало, что суды не выполняют требования пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10, которым разъяснено, что, определив порядок участия отдельно проживающего родителя в воспитании ребенка, суд предупреждает другого родителя о возможных последствиях неисполнения решения суда, которые определены пункте 3 статьи 66 СК РФ.

Согласно названной норме закона при невыполнении решения суда к виновному родителю применяются меры, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством. При злостном невыполнении решения суда по требованию родителя, проживающего отдельно от ребенка, суд может вынести решение о передаче ему ребенка, исходя из интересов ребенка и с учетом мнения ребенка.

Решения судов области не содержат предупреждения о неисполнении решения.

Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда полагает, что игнорирование судами данного разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации недопустимо.

Рассмотрение судами дел о лишении родительских прав

Анализ судебной практики по делам о лишении родительских прав свидетельствует о том, что дела данной категории в целом рассматриваются судами правильно, в соответствии с нормами СК РФ.

При принятии искового заявления суды правильно определяли круг лиц и органов, имеющих право предъявлять требование о лишении родительских прав (пункт 1 статьи 70 СК РФ): один из родителей, независимо от того, проживает ли он вместе с ребенком; лица, заменяющие родителей: усыновители, опекуны, попечители, приемные родители; прокурор; орган или учреждение, на которые возложены обязанности по охране прав несовершеннолетних детей (органы опеки и попечительства, комиссии по делам несовершеннолетних, учреждения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей: дома ребенка, школы-интернаты, детские дома, дома инвалидов, социально-реабилитационные центры для несовершеннолетних, центры помощи детям, оставшимся без попечения родителей, территориальные центры социальной помощи семье и детям, социальные приюты для детей и подростков, интернаты для детей с физическими недостатками и другие).

В пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.1998 N 10 указано на ряд обязательных действий судьи при подготовке дела о лишении родительских прав одного из родителей к судебному разбирательству в целях защиты прав несовершеннолетнего и обеспечения надлежащих условий его воспитания, а также охраны прав родителя, не проживающего совместно с ребенком: в каждом случае судье необходимо известить этого родителя о времени и месте судебного разбирательства и разъяснить, что он вправе заявить требование о передаче ему ребенка на воспитание.

Как правило, суды привлекают к участию в деле второго родителя в качестве ответчика.

В случае длительного отсутствия по месту жительства ответчика и невозможности установления места его нахождения запрашивается информация из органов записи актов гражданского состояния о регистрации смерти, ИЦ УВД, Федеральной миграционной службы, направляются отдельные поручения в суд по месту фактического проживания этого лица. При невозможности установления места нахождения ответчика или в случае, когда место его жительства неизвестно, суд в соответствии со статьей 50 ГПК РФ назначает адвоката в качестве его представителя.

При рассмотрении дел данной категории следует применять Национальную стратегию действий в интересах детей на 2012 — 2017 годы, утвержденную Указом Президента Российской Федерации от 01.06.2012 N 761. С учетом положений названной стратегии при рассмотрении данных дел следует дать оценку таким обстоятельствам: когда была выявлена социально неблагополучная семья, проведена ли работа по предотвращению лишения родительских прав, и в случае необходимости возложить на органы опеки и попечительства обязанность реабилитационной работы с семьей.

Принимая решение по существу, судам следует учитывать, что лишение родительских прав является крайней мерой. В исключительных случаях при доказанности виновного поведения родителя суд с учетом характера его поведения, личности и других конкретных обстоятельств вправе отказать в удовлетворении иска о лишении родительских прав и предупредить ответчика о необходимости изменения своего отношения к воспитанию детей, возложив на органы опеки и попечительства контроль за выполнением им родительских обязанностей.

Как показывает практика, суды Вологодской области, отказывая в иске о лишении родительских прав, порой забывают предупредить ответчика о необходимости изменения своего отношения к воспитанию детей.

Основания, по которым родители (или один из них) могут быть лишены родительских прав, названы в статье 69 СК РФ.

Судебная практика показывает, что суды в целом с учетом положений статьи 69 СК РФ правильно определяют юридически значимые обстоятельства по делу, полно, всесторонне и объективно их исследуют и выносят законные и обоснованные решения.

Вместе с тем встречаются случаи необоснованного лишения родительских прав.

Так, Вологодский городской суд, удовлетворяя требования истицы о лишении отца ребенка родительских прав, сослался на то, что ответчик самоустранился от воспитания и материального содержания детей, после предупреждения судом о необходимости надлежащего исполнения родительских обязанностей выводов для себя не сделал, отношения к детям не изменил.

При рассмотрении дела судом первой инстанции факты ненадлежащего исполнения отцом детей своих родительских обязанностей не подтвердились. Из материалов дела усматривалось, что истица препятствовала отцу во встречах с сыновьями, что подтверждалось показаниями свидетелей, а также справкой из детского сада, посещаемого детьми, о том, что истица запретила воспитателю предоставлять отцу возможность общения с детьми. Кроме того, в производстве суда имелось дело по иску самого ответчика об установлении порядка общения с детьми, что свидетельствует о его намерении поддерживать отношения с ними, заниматься их воспитанием. Также истицей не представлено доказательств ее утверждения о том, что ответчик имеет больший доход, нежели тот, с которого удерживаются алименты в размере 70%.

Учитывая, что лишение родительских прав является исключительной мерой ответственности за виновное невыполнение родительского долга, применяемой в ситуации, когда защитить права и интересы ребенка другим путем невозможно, решение суда было отменено, принятым апелляционной инстанцией Вологодского областного суда решением в иске было отказано.

Вызывают сомнения с точки зрения соответствия требованиям закона решения судов об удовлетворении требования о лишении родительских прав, основанные фактически лишь на признании иска ответчиком.

Так, Череповецким городским судом рассмотрено дело по иску матери несовершеннолетнего ребенка о лишении его отца родительских прав. Требования мотивированы тем, что ответчик длительное время уклоняется от воспитания ребенка и имеет большую задолженность по алиментам. В судебном заседании ответчик признал иск. Суд, удовлетворяя требования истца, в решении сослался лишь на то, что «считает необходимым принять признание иска ответчиком, так как признание иска ответчиком не противоречит требованиям закона и не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц». При этом доказательств в подтверждение вывода о том, что признание иска ответчиком не нарушает права ребенка, в решении суда не имеется. Из решения также не усматривается, исследовал ли суд обстоятельства, являющиеся основанием для лишения родительских прав, исчерпывающий перечень которых содержится в статье 69 СК РФ, и нашли ли они свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда при рассмотрении дела в апелляционном порядке оставила решение без изменения с учетом того, что в протоколе судебного заседания имелась запись о том, что ответчик признавал факт неоказания им материальной помощи на содержание ребенка и наличие значительного долга по алиментам, что является самостоятельным основанием для лишения родителя родительских прав.

Обобщение судебной практики показало, что суды нередко отказывали в удовлетворении исковых требований о лишении родительских прав. При этом судами принимались во внимание различные обстоятельства, наличие которых исключает возможность лишения родителя родительских прав. Так, основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о лишении родительских прав, в частности, являлось то, что ответчики не могли заниматься воспитанием своих детей в силу стечения жизненных обстоятельств, заболевания (наличия инвалидности). Принимая решение об отказе в иске, суды также учитывали, что на момент рассмотрения дела ответчик встал на путь исправления, выразил желание участвовать в воспитании ребенка, трудоустроился. В ряде случаев основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о лишении родительских прав являлось невыполнение родителем родительских обязанностей в связи с препятствиями, которые чинились другим родителем.

Однако имелись случаи, когда решение об отказе в иске о лишении родительских прав принималось без учета всех юридически значимых обстоятельств дела.

Так, решением Вологодского городского суда было отказано в удовлетворении исковых требований администрации г. Вологды, действующей в интересах несовершеннолетней, о лишении родительских прав ее отца со ссылкой на то, что ответчик не устранился от воспитания дочери, имеет желание заниматься ее воспитанием и проживать совместно с ней.

Апелляционная инстанция посчитала, что судом дана неправильная оценка установленным обстоятельствам по делу, отменила решение и приняла новое решение об удовлетворении исковых требований, поскольку суд второй инстанции пришел к выводу об уклонении ответчика от выполнения своих родительских обязанностей. Причем такие действия носили систематический характер, выражались в отсутствии обеспокоенности по поводу будущего своего ребенка, в наличии корыстных мотивов со стороны ответчика, выражающихся в нежелании учитывать интересы несовершеннолетней дочери, возможности ее учебы и будущего трудоустройства в городе Вологде.

Другой пример. Решением Вологодского городского суда отказано в иске Управлению образования Вологодского муниципального района о лишении родительских прав отца ребенка со ссылкой на то, что лишение родительских прав является крайней мерой.

Однако с таким решением суда судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда не согласилась, поскольку судом при вынесении решения не учтено, что ответчик вступившим в законную силу приговором суда осужден по части 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации — за убийство матери несовершеннолетнего к длительному сроку лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, что в силу положений статьи 69 СК РФ является самостоятельным основанием для лишения ответчика родительских прав в отношении несовершеннолетнего сына.

Кроме того, при рассмотрении данного дела судом не было учтено мнение несовершеннолетнего, желавшего лишить отца родительских прав, судом апелляционной инстанции также заслушано мнение несовершеннолетнего, подтвердившего ранее данные им в суде первой инстанции показания и дополнительно выразившего свое согласие с лишением его отца родительских прав, поскольку отец его воспитанием не занимается, материально не содержит.

Сам ответчик в суде первой инстанции не возражал против исковых требований о лишении его родительских прав, суду апелляционной инстанции также сообщил о таком согласии.

При рассмотрении дел о лишении родительских прав в случаях, когда не установлено достаточных оснований для лишения родительских прав, однако оставление ребенка у родителей опасно для него, суд может вынести решение об отобрании ребенка и передаче его на попечение органов опеки и попечительства, при условии, что оставление ребенка у родителей опасно для него. Аналогично решается вопрос и в случае, если лица не выполняют свои родительские обязанности вследствие стечения тяжелых обстоятельств и по другим причинам от них независящим, в том числе в силу психического расстройства или иного хронического заболевания (за исключением лиц, страдающих хроническим алкоголизмом или наркоманией), когда они не могут быть лишены родительских прав.

Пунктом 3 статьи 70 СК РФ установлено, что при рассмотрении дела о лишении родительских прав суд решает вопрос о взыскании алиментов на ребенка с родителей (одного из них), лишенных родительских прав, независимо от того, предъявлен ли такой иск.

В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10 судам по указанному вопросу даны подробные разъяснения. При лишении родительских прав одного родителя и передаче ребенка на воспитание другому родителю, опекуну или попечителю либо приемным родителям алименты взыскиваются в пользу этих лиц в соответствии со статьями 81 — 83, пунктом 1 статьи 84 СК РФ. Если дети до решения вопроса о лишении родительских прав уже были помещены в детские учреждения, алименты, взыскиваемые с родителей, лишенных родительских прав, зачисляются на счета этих учреждений, где учитываются отдельно по каждому ребенку (пункт 2 статьи 84 СК РФ).

При лишении родительских прав обоих родителей или одного из них, когда передача ребенка другому родителю невозможна, алименты подлежат взысканию не органу опеки и попечительства, которому в таких случаях передается ребенок (пункт 5 статьи 71 СК РФ), а перечисляются на личный счет ребенка в отделении Сберегательного банка.

В случае передачи ребенка в детское учреждение, под опеку (попечительство) или на воспитание в приемную семью вопрос о перечислении взыскиваемых алиментов детскому учреждению или лицам, которым передан ребенок, может быть решен по их заявлению в порядке, предусмотренном статьей 203 ГПК РФ.

При этом следует обратить внимание на позицию, высказанную Верховным Судом Российской Федерации: в случае, когда родитель, опекун, попечитель не желают взыскивать с другого родителя алименты (например, в связи с отсутствием у него работы), суд обязан взыскать алименты независимо от желания родителя, опекуна, попечителя.

В соответствии с пунктом 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10 в решении суда о лишении родительских прав должно быть указано, кому передается ребенок на воспитание: другому родителю, органу опеки и попечительства или опекуну (попечителю), если он уже назначен в установленном порядке.

При невозможности передать ребенка другому родителю или в случае лишения родительских прав обоих родителей, когда опекун (попечитель) еще не назначен, или если в ходе судебного разбирательства установлено, что ни родители, ни лица, у которых находится ребенок, не в состоянии обеспечить его надлежащее воспитание и развитие, суд передает несовершеннолетнего на попечение органа опеки и попечительства с тем, чтобы были приняты меры для защиты прав и интересов ребенка и был выбран наиболее приемлемый способ устройства дальнейшей его судьбы (пункт 2 статьи 68 СК РФ).

При этом необходимо иметь в виду, что передача ребенка на воспитание родственникам и другим лицам допускается только в случае, когда эти лица назначены его опекунами или попечителями.

По истечении трех дней со дня вступления в законную силу решения суда о лишении родительских прав суд в силу пункта 5 статьи 70 СК РФ обязан направить выписку из решения в орган записи актов гражданского состояния по месту государственной регистрации рождения ребенка.

Вместе с тем нередко в орган записи актов гражданского состояния направляется не выписка из решения суда, а копия решения суда о лишении родительских прав. Представляется, что судам следует исходить из требований закона (пункт 5 статьи 70 СК РФ) и направлять в орган записи актов гражданского состояния выписку из решения суда.

Также суду после вступления в законную силу решения о лишении родительских прав необходимо направить его копию органу, производящему указанные выплаты, или в суд по месту вынесения решения о выплатах для обсуждения вопроса о перечислении платежей на счет детского учреждения или лицу, которому ребенок передан на воспитание (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10) .

Рассмотрение судами дел о восстановлении в родительских правах

Восстановление в родительских правах регулируется статьей 72 СК РФ. Соответствующие разъяснения по рассмотрению данной категории дел даны также в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10.

В соответствии с пунктом 2 статьи 72 СК РФ вопрос о восстановлении в родительских правах решается судом по заявлению родителя, лишенного родительских прав. Такое требование предъявляется к другому родителю либо опекуну (попечителю), приемным родителям или детскому учреждению в зависимости от того, на чьем попечении находится ребенок.

Одновременно с иском о восстановлении в родительских правах может быть рассмотрен иск того же лица о передаче ему ребенка.

Как показывает судебная практика, иски о восстановлении в родительских правах поступают в суды довольно редко, что дает основание сделать вывод о законности и обоснованности постановленных судебных решений о лишении родительских прав и предположить, что большинство родителей, лишенных родительских прав, на путь исправления не становятся.

При рассмотрении требований о восстановлении в родительских правах суд, исходя из пункта 1 статьи 72 СК РФ, проверяет, изменились ли поведение и образ жизни родителей, лишенных родительских прав, и (или) их отношение к воспитанию ребенка. При этом необходимо учитывать, что суд не вправе удовлетворить иск, даже если родители изменили свое поведение и могут надлежащим образом воспитывать ребенка, но он уже усыновлен, и усыновление не отменено в установленном порядке, а также в случае, когда ребенок, достигший возраста десяти лет, возражает против этого, независимо от мотивов, по которым он не согласен на восстановление родительских прав (пункт 4 статьи 72 СК РФ).

В основном суды правильно применяют нормы материального и процессуального права при разрешении дел данной категории.

Однако встречаются ошибки такого характера.

Сокольским районным судом рассмотрено дело по иску матери лица, достигшего возраста 18 лет (на момент рассмотрения дела исполнилось 23 года), о восстановлении в родительских правах. Судом в ходе рассмотрения дела установлен факт достижения дочерью истицы совершеннолетнего возраста, также выяснено, что решения о лишении истицы родительских прав в отношении дочери не принималось, имелось лишь решение от 1996 года об отобрании ребенка. Суд отказал в удовлетворении иска.

Судебная коллегия по гражданским делам Вологодского областного суда отменила решение суда первой инстанции и производство по делу прекратила в связи с тем, что восстановление в родительских правах возможно в отношении ребенка не достигшего совершеннолетия (статья 54 СК РФ).

В данном случае суду следовало отказать в принятии искового заявления.

Обобщение показало, что в целом при рассмотрении дел, связанных с воспитанием детей, суды правильно и единообразно применяют нормы законодательства, полагая главной задачей своевременное и в интересах ребенка рассмотрение и разрешение спора о его воспитании.

Вместе с тем в ряде случаев допускаются нарушения законодательства, не учитываются разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.05.1998 N 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей».

В целях исключения подобных фактов из судебной практики судам, в частности, необходимо:

проводить надлежащим образом подготовку дел данной категории к судебному разбирательству, исключив случаи принятия исковых заявлений от лиц, не имеющих права на их подачу, привлекать к участию в деле о лишении родительских прав одного из родителей другого родителя, не проживающего вместе с ребенком;

рассматривать дела по спорам, связанным с воспитанием детей, с учетом всех юридически значимых обстоятельств и только при наличии надлежащим образом подготовленного и оформленного органами опеки и попечительства акта обследования условий жизни ребенка и лица (лиц), претендующего на его воспитание, и основанного на нем заключения по существу спора;

соблюдать требования статьи 12 Конвенции о правах ребенка и статьи 57 СК РФ о праве ребенка выражать свое мнение по вопросу, затрагивающему его интересы, не допуская случаев вынесения решений без выяснения и учета мнения детей, достигших возраста десяти лет, а также случаев восстановления в родительских правах родителя, лишенного родительских прав, без согласия детей, достигших возраста десяти лет;

выполнять требования пункта 5 статьи 70 и пункта 6 статьи 73 СК РФ о направлении в течение трех дней со дня вступления в законную силу решения суда о лишении родительских прав или об ограничении родительских прав выписки из этих решений в орган записи актов гражданского состояния по месту государственной регистрации рождения ребенка, а также направлять аналогичным образом выписку из решения суда о восстановлении в родительских правах.

Судья Вологодского областного суда

Откройте актуальную версию документа прямо сейчас или получите полный доступ к системе ГАРАНТ на 3 дня бесплатно!

Если вы являетесь пользователем интернет-версии системы ГАРАНТ, вы можете открыть этот документ прямо сейчас или запросить по Горячей линии в системе.

О практике рассмотрения судами Вологодской области гражданских дел, связанных с воспитанием детей