Нефть вытекает за баланс // Сокращение добычи при высоком спросе поддержит рост цен

Дисбаланс на рынке нефти усиливается из-за одновременного сокращения добычи странами ОПЕК+ и роста спроса, не подтверждающего пока опасений о замедлении глобальной активности, говорится в отчете Международного энергетического агентства (МЭА). Оба фактора могут поддержать дальнейший рост цен, особенно если Саудовская Аравия и Россия сохранят ограничения на добычу. Дисконты на российские сорта нефти к Brent также продолжают сокращаться, что поддерживает рост экспортных доходов при сопоставимых объемах поставок.

Фото: Глеб Щелкунов, Коммерсантъ

Дополнительное сокращение добычи в июле совпало с улучшением макроэкономических настроений и высоким спросом, говорится в августовском отчете МЭА. Запасы продолжают сокращаться, поэтому сохранение добровольных ограничений, введенных Саудовской Аравией и Россией, приведет к дальнейшему росту цен, полагают в агентстве. Нефть марки Dubai Crude (это основной бенчмарк при поставках нефти в азиатские страны) впервые за 28 лет оказалась дороже Brent.

Глобальный спрос в июне превысил 103 млн б/с, в августе показатель может обновить рекорд — во втором квартале рост потребления после двух кварталов спада показывают даже страны ОЭСР, тогда как в Китае растет активность в нефтехимическом секторе. Высокий спрос вкупе с ограничениями в работе НПЗ привел и к удорожанию нефтепродуктов. В среднем по году прирост спроса может составить 2,2 млн б/с (до 102,2 млн б/с — это самый высокий среднегодовой показатель), однако в следующем году этот показатель замедлится до 1 млн б/с, полагают в МЭА.

Предложение нефти, напротив, стремительно снижается — в июле оно сократилось на 910 тыс. б/с за счет сокращения странами ОПЕК+ 1,2 млн б/с (почти до двухлетнего минимума), после того как добровольное сокращение добычи Саудовской Аравией на 1 млн б/с вступило в силу. Суммарная добыча ОПЕК+ сейчас находится на уровне 50,7 млн б/с, с начала года она уже сократилась на 2 млн б/с. За тот же период производители вне стран—участниц сделки нарастили добычу на 1,6 млн б/с — до 50,2 млн б/с (прирост обеспечили США, Бразилия и Гайана), но вряд ли смогут увеличивать ее подобными темпами до конца года, отмечают в МЭА.

Российская добыча нефти в июле сократилась на 50 тыс. б/с, до 9,4 млн б/с, а суммарная добыча нефти и конденсатов составила 10,74 млн б/с — это на 660 тыс. б/с меньше, чем в феврале 2022 года (в среднем в этом году, по прогнозу МЭА, уровень добычи может сократиться на 230 тыс. б/с год к году — до 10,86 млн б/с). Экспортные поставки при этом остались на том же уровне, что и в июне (тогда они обновили минимум с марта 2021 года), составив 7,3 млн б/с (при этом поставки нефтепродуктов выросли на 200 тыс. б/с, до 2,7 млн б/с, а нефти, напротив, сократились на ту же величину — до 4,6 млн б/с). В июне и июле суммарный экспорт был на 680 тыс. б/с ниже, чем в марте—мае.

Цены на российскую нефть уже устойчиво превышают потолок в $60 за баррель — в июле средневзвешенная экспортная цена выросла на $8,84 за баррель, до $64,41 за баррель, к началу августа все сорта торговались по ценам выше $70 за баррель, указывают в МЭА со ссылкой на данные Argus — теперь на все поставки распространяются ограничения на транспортировку и страхование стран «большой семерки» и Евросоюза. Дисконты же сокращались, несмотря на рост стоимости Brent (для Urals — до $16 на баррель к началу августа). В МЭА указывают, что скидки по отношению к сорту Dubai Crude для индийских покупателей (при поставках на западное побережье страны) составляют теперь лишь одну треть от уровня первого квартала (к началу августа средняя цена таких поставок составила $80 за баррель). В IIF при этом указывают на риски роста дисконтов из-за увеличения издержек на страхование и транспортировку при поставках из портов Черного моря в случае атак на коммерческие суда.

Повышение цен сказалось и на росте доходов от экспорта нефти и нефтепродуктов — они оказались на максимуме с ноября 2022 года, составив $15,3 млрд против $12,8 млрд в июне. Доходы от экспорта нефтепродуктов выросли значительнее, чем от нефти (плюс $1,6 млрд и $0,9 млрд). В сентябре между тем объем добровольного сокращения добычи должен снизиться с 500 тыс. до 300 тыс. баррелей в сутки.

Вакансии с низкой самооценкой // Работодатели назвали свои зарплатные предложения недостаточными

Одна из основных причин сложностей с заполнением вакансий на российском рынке труда — неконкурентные зарплаты. Об этом в ходе опроса hh.ru заявили сами работодатели. По их оценкам, также среди внутренних причин проблем с наймом — слабое развитие брендов компаний, завышенные требования к соискателям и непривлекательные условия труда. В том, что нехватка рабочих рук вызвана исключительно внешними факторами (геополитикой, недостатком специалистов с нужными навыками и демографической ситуацией), уверены только 22% работодателей.Слабые по нынешним меркам зарплатные предложения технологичных производств вынуждают соискателей искать счастья в более динамично меняющихся отраслях

Слабые по нынешним меркам зарплатные предложения технологичных производств вынуждают соискателей искать счастья в более динамично меняющихся отраслях

Фото: Евгений Павленко, Коммерсантъ

В опросе рекрутинговой платформы hh.ru приняли участие почти 500 представителей российских компаний, занимающих позиции гендиректоров (каждый десятый респондент), директоров по кадрам (38%), менеджеров по подбору персонала (25%), руководителей подразделений компании (20%). В исследовании поучаствовали и сторонние рекрутеры (2%).

Как следует из его результатов, две трети (65%) респондентов считают нынешний дефицит кадров фундаментальной проблемой рынка труда, которая ведет к росту стоимости трудового ресурса и к необходимости рациональной работы с ним. Наиболее остро нехватку работников ощущают компании сферы строительства и розничной торговли (по 78% абсолютно согласных с наличием такой проблем), а также представители тяжелой промышленности (69%). В добывающем секторе и сфере услуг для бизнеса эта доля немногим выше 60%. В IT-секторе абсолютно согласных с наличием проблемы заметно меньше — 47%.

Только 22% респондентов заявили, что считают причиной дефицита кадров на своих предприятиях исключительно внешние факторы: геополитическую напряженность (ее в целом отметили 64% в этой группе, чаще других такой ответ давали представители IT, розницы и производства), отсутствие специалистов с требуемыми навыками (55%; сферы добычи сырья, строительства и финансов), демографическую ситуацию (54%; розница и финансы).

 

Из внутренних причин плохой заполняемости рабочих мест работодатели в первую очередь назвали неконкурентный уровень зарплаты по своим вакансиям (44%). При этом, как отмечает главный эксперт hh.ru по рынку труда Наталья Данина, медианный уровень предлагаемой зарплаты в целом по стране по всем специализациям в июле по сравнению с началом года вырос уже на 26%, до 58,3 тыс. руб. Ожидания по уровню зарплат самих соискателей выросли всего на 2%, до 57,4 тыс. руб.

На втором месте в перечне внутренних причин слабой заполняемости вакансий — недостаточное или вовсе отсутствующее развитие бренда компании (33% опрошенных), на третьем — завышенные требования к кандидату (27%). Также в топ-5 факторов, осложняющих наем, респонденты включили тяжелые или непривлекательные условия труда (25%), непривлекательность отрасли бизнеса компании в целом (18%).

По оценке Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики, сейчас свои планы по найму могут осуществить только представители низкотехнологической группы промышленных предприятий (металлургия, производство кокса и нефтепродуктов, выпуск резиновых и пластмассовых изделий). Компании из средне- и высокотехнологических отраслей нанимают новых сотрудников уже с большим трудом. Например, производители машин и оборудования оказались аутсайдерами по уровню реализованности своих кадровых ожиданий.

Игорь Полевой из ЦМАКП отмечает, что, хотя за последние полгода в РФ выросла численность занятых, количество тех, кто работает на крупных и средних предприятиях, практически не изменилось (43,8 млн человек). «Можно предположить, что весь прирост числа работников пришелся на розницу, самозанятость и неформальный сектор, то есть промышленность, действительно, проигрывает в конкуренции за рабочие руки»,— говорит эксперт.

Деньги на весах истории // Дмитрий Бутрин об увеличении оценок ЦБ нейтрального уровня ставки

В проекте «Основных направлений единой денежно-кредитной политики (ДКП)» Банк России на прошлой неделе обнародовал предварительные итоги внутренней и внешней дискуссии в рамках завершающегося обзора ДКП, посвященной нейтральному уровню процентной ставки в экономике РФ. Чисто технический вывод из этой дискуссии был известен еще в июле 2023 года: в последней, июльской версии макропрогноза ЦБ диапазон нейтральной ставки был оценен в 5,5–6,5%, то есть на 0,5 процентного пункта выше, чем в последние годы. По нашим предположениям, это сыграло важную роль в том, что Банк России в июле поднял ключевую ставку на 100 пунктов — существенно выше, чем от него ждал рынок. Для режима инфляционного таргетирования нейтральная процентная ставка, в сущности, фундаментальное понятие. Плюс Банк России будет повторять эту логику, в рамках ДКП нелинейно и косвенно соотнося свои решения с оценкой нейтральной ставки (напомним, краткосрочный нейтральный уровень ставки практически неопределим).Дмитрий Бутрин

Дмитрий Бутрин

Фото: Денис Вышинский, Коммерсантъ

В сильном упрощении номинальная нейтральная ставка (состоящая из реальной нейтральной ставки и инфляции) — это гипотетический уровень ключевой ставки ЦБ, при которой динамика ВВП равна потенциальному ВВП при оптимально низкой «естественной» безработице. То есть это уровень средних ставок в идеально сбалансированной экономике на длительном временном отрезке, и в этом смысле ее можно считать чем-то вроде «справедливой цены денег» или «естественной ставки кредита», если мы готовы говорить о справедливости и естественности в финансовом смысле, что стоит делать только с очень большими оговорками. Врезка в «Основных направлениях», посвященная этому ненаблюдаемому показателю, подробно перечисляет попытки независимых экономистов оценить ее для РФ с 2016 года — в разных работах она оценивалась (в реальном выражении, за вычетом инфляции) в 1–3%, впрочем, часть расчетов вообще показывала ее отрицательной. Тем не менее важна не столько ставка, сколько ее динамика. Как констатирует ЦБ, на реальную нейтральную ставку (до этого она, вероятно, снижалась) в последние годы (ковид плюс санкции после начала военной операции РФ на Украине) влияли три фактора. Первый — снижение потенциала роста ВВП: это фактор в пользу снижения оценки нейтральной ставки. Второй — страновой риск: он, безусловно, увеличился, ставку он увеличил. Третий — мировые нейтральные ставки: они выросли.

Нас в первую очередь интересует вклад первой и второй составляющих. Мы можем сделать грубый, но имеющий отношение к реальности вывод: события 2022–2023 годов создали новые страновые риски, соответствующие увеличению долгосрочной стоимости денег в экономике на 1–2%, вряд ли больше. Много это или мало? Не знаем, но предполагалось, что переоценка «вверх» будет выше.

В Минпромторге оценили законопроект о честной цене

Минпромторг раскритиковал законопроект о цене товаров за килограмм и литр

Фото: Unsplash

Министерство промышленности и торговли России рассмотрело законопроект о честной цене, который предполагает внесение поправок в закон «О защите прав потребителей». Об этом пишут «Известия», ссылаясь на ведомство.

Минпромторг осудил закон об указании цен товаров за килограмм и литр и выступил против него. В случае принятия поправок торговлю ждут значительные расходы для пересчета, которые отразятся на стоимости товаров. Ведомство выразило свою позицию в письме в Государственно-правовое управление президента.

В министерстве призвали отказаться от законопроекта, поскольку для ряда продуктов он не представляет актуальность. Среди них — чай, кофе, чипсы и другие.

Минпромторг России выступил против указания цен товаров за килограмм и литр

Министерство промышленности и торговли Российской Федерации выступило против законопроекта депутатов, который требовал от торговли обозначать стоимость продуктов за круглую единицу меры, — 1 л или 1 кг.

Мониторинг раздвигает границы // Открыться перед ФНС предложат и среднему бизнесу

Минфин предложил расширить критерии для участия бизнеса в налоговом мониторинге — проект изменений в Налоговый кодекс предусматривает снижение порогов входа в этот режим с 1 млрд руб. активов и оборота компаний до 800 млн руб., а также со 100 млн до 80 млн руб. уплаченных за год налогов. Предполагается, что это вовлечет в мониторинг средний бизнес и к уже подключенным к системе 445 компаниям в 2024 году добавятся еще 150. Бизнес инициативу в целом приветствует, отмечая, что компании, работающие «вбелую», заинтересованы в автоматизированном обмене данными с налоговой службой.

ВВП дорос до ожиданий властей // Мониторинг статистики

Согласно первой оценке Росстата во втором квартале 2023 года, ВВП в годовом выражении вырос на 4,9%. Это на 0,3 процентного пункта (п. п.) выше предварительных оценок Минэкономики и на 0,1 п. п.— ЦБ.

Как юристы оценивают расширение мониторинга

Партнер департамента налогов и права ДРТ Юлия Орлова оценивает предложение Минфина положительно, по ее словам, «есть целый ряд участников рынка из разных отраслей, которые хотели бы стать участниками режима налогового мониторинга, но при этом не удовлетворяют текущим критериям». Партнер Kept Иларион Леметюйнен также обращает внимание, что для вступления в налоговый мониторинг требуется выполнение сразу трех критериев — по доходам, активам и налогам: «Если бы было обязательным выполнение только двух из трех критериев, то еще больше компаний могли бы им воспользоваться».

Жителей Германии призвали готовиться к трудным временам

Член экспертного совета правительства ФРГ по экономическому развитию Вероника Гримм заявила, что жителям страны следует готовиться к трудным временам. Гримм подчеркнула, что немецкая экономика находится в стадии стагнации. Поэтому не так важно, находится ли страна «чуть выше или ниже нулевой черты».

Акционеры проблемного швейцарского банка решили подать в суд из-за убытков

Сотни акционеров Credit Suisse решили обратиться в суд из-за убытков, причиненных им в результате поглощения проблемного банка его конкурентом UBS. Последний заплатил за Credit Suisse 3 миллиарда швейцарских франков (около 3,4 миллиарда долларов), что более чем вдвое меньше реальной рыночной капитализации банка.